Не так давно, а точнее 20 ноября у одного из работников теплосилового цеха возникла ситуация, которая не может быть отнесена к разряду обыденных. Анализируя её по имеющимся документам и изложенному в заявлении, мы пришли к выводу о слишком большом количестве нестыковок.
С одной стороны, работник вроде бы получил согласие мастера на отсутствие в этот день на работе и его виза присутствует на заявлении, с другой – этим же мастером написана бумага в адрес начальника цеха об отсутствии подчиненного на производстве по неизвестной причине.

Равно как и крайне противоречивыми являются пояснения относительно времени и места написания заявления и его авторство.

При этом мы не брали во внимание материалы службы безопасности о событиях, происходивших за пределами комбината. И лишь по той причине, что изложенными в них фактами занимаются правоохранительные органы. Так как процесс доказательства причастности лиц к хищению материальных ценностей или к попытке такового их прерогатива.

Так вот, отсутствие работника на производстве более трех часов дало основание администрации инициировать его увольнение по пункту 4 статьи 40 КЗоТ. Именно поэтому в очередной раз обращаю внимание на то, что заявление об освобождении от работы считается исполненным только в случае наличия на нем соответствующего разрешения начальника структурного подразделения. В крайнем случае, устное его согласие подписать обращение. Никто другой из числа РСС цеха не наделен правом принятия таких решений. Визировать могут, а подписывать нет.