При рассмотрении обращения работниц одного из прокатных цехов о правомерности лишения их премии за нарушение нормативных документов по охране труда было установлено, что администрация, подготовив проект распоряжения, не сочла нужным соблюдать в нём требования трудового законодательства. Более того, ряд должностных лиц убеждали начальника цеха в том, что его действия абсолютно правомерны и он смело может ставить свою подпись.
Да, рабочие действительно 21 февраля 2017 года выполняли чистку кантователя от окалины без применения средств индивидуальной защиты (касок, очков и страховочных поясов). При этом мастер, поручивший выполнение данной работы, дал такие пояснения представителю управления охраны труда: "подумал, что будет достаточным разобрать электросхему. Поясов у нас нет. Не оценил всех рисков".

Не смотря на то, что все виновные в нарушении требований безопасности (кроме мастера, ушедшего в ежегодный отпуск) дали свои письменные пояснения 23 – 24 февраля, администрация не только начислила им премии за результаты работы в феврале, но и выплатила их в полном объеме. И лишь 20 марта появляется проект распоряжения о лишении двух рабочих 100 процентов мартовской премии (за те, месячной давности события). Понятно, что это полный абсурд и незаконность. Тем не менее, рабочих стали понуждать расписаться в распоряжении.

Когда нам стало известно об этом и всех деталях происходившего, то дали руководителю пояснения о неправомерности его действий. В том числе и о том, что выплаченную февральскую премию нельзя забрать в марте, что месячный срок с момента совершения проступка до издания распорядительного документа о наказании касается исключительно дисциплинарного взыскания. И оное регламентировано статьей 148 КЗоТ Украины.
Казалось бы всё должно быть понятно. Однако и после этого соратники начальника приходят ему "на помощь". И готовят еще один "распорядительный перл". Теперь уже в нем идет речь о лишении рабочих 100 процентов премии за февраль. При этом дата издания документа остается та же – 20 марта.

После чего пришлось уже более резче оценить подобные действия и предложить начальнику самому поизучать трудовое законодательство, дабы он мог вникнуть в возможные последствия, которые наступят, ежели он и дальше будет следовать "советам и рекомендациям" соратников.

Лишь после такого общения с руководителем у него уже исчезла потребность в издании каких-либо распоряжений о наказании рабочих за их февральские проступки.